Показаны сообщения с ярлыком Донбассовцы. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком Донбассовцы. Показать все сообщения

среда, 2 ноября 2022 г.

Песенный Пляцковский

Песенный Пляцковский


          Енакиевец Михаил Пляцковский одно время трудился в местной заводской многотиражке «За металл». Описывал красоты родного края, романтизировал работу метзавода. И уже тогда, по словам бывшего председателя Донецкой областной организации Национального союза писателей Украины Станислава Жуковского, который дружил с автором будущих шлягеров «Лада», «Крыша дома твоего», «Мамины глаза», «Через две зимы», пытался напевать свои стихотворения. Потом уехал покорять Москву. А покорил весь Союз. 
Михаил Спартакович родился в Украине в городе Енакиево Донецкой области  2 ноября 1935 года. В 1961 году он окончил Литературный институт им. Горького, где  учился  у В. Тушновой и В. Захарченко. Первые песни были  написаны им в студенческие годы, среди них "Марш космонавтов", соавтором которой стал композитор С.Заславский.  Творческий взлет Пляцковского был стремительным. Он очень быстро становится одним из ведущих поэтов-песенников. Часто песни рождались в совместных поездках. Так цикл песен с композитором М. Фрадкиным был написан после их совместной поездки на Крайний Север: «Морзянка», «Ищи меня по карте», «Увезу тебя я в тундру», «Красный конь» и др. После поездки по БАМу в 1968 году  вместе с В. Шаинским - «Дорога железная», «Лада», «Улыбка», "Есть посёлок такой", "Сердце горячим останется "  и др. Михаил Пляцковский работал со многими композиторами:  А. Мажуковым -«Старинное танго»,  С.Туликовым - «Не повторяется такое никогда», с Ю. Антоновым -«Крыша дома твоего», с Л. Афанасьевым - «Голоса друзей», с Б. Савельевым - "Волга в серце впадает мое", с В. Добрыниным - «Ягода-малина» и мн., мн. другими. А песня «Возьми гитару» на музыку  А. Ленина, написанная для Клавдии Шульженко, стала поистине народной. Его песни входили и входят в репертуар ведущих эстрадных исполнителей – И.Кобзона, В.Толкуновой, Е.Мартынова, с которым он работал и как с композитором, В.Легкоступовой и мн.др.;   вокально-инструментальных ансамблей «Пламя», «Сябры», «Самоцветы» и др. Он является автором музыкальных комедий - «Бабий бунт» с Е. Птичкиным, «Не бей девчонок» с Заславским, нескольких поэтических сборников – «Любимые женщины». М., 1987; «Семиструнка». М., 1983 и др. и многих книг для детей.
                Например, замечательная детская книжка Михаила Пляцковского, которая пользуется большой популярностью у детей и родителей,  "Солнышко на память" - где в сказочной форме показаны проблемные черты детского характера. Или «Ромашки в январе», куда вошли сказки «Самое интересное слово», «Сердитый дог Буль», «Сказка о перевернутой черепахе», «Солнышко на память», «Счастливый день» и др. Вместе с Юрием Антоновым Пляцковский создал детскую музыкальную сказку-мюзикл «Приключения Кузнечика Кузи», где впервые прозвучала песня «Крыша дома твоего».
            Поэт написал большое количество детских песен, которые стали «шлягерами» этого жанра - «Настоящий друг», "Улыбка", "Вместе весело шагать", "Детства последний звонок", "Конопатая девчонка", "Песня о волшебном цветке", «Дружат дети на планете»...
Все они пронизаны добротой, сердечностью, теплом, искренностью и, поэтому, очень любимы разными поколениями.  
В 1986 году поэт стал лауреатом премии Ленинского комсомола. 
26 января 1991 года Михаила Спартаковича Пляцковского не стало.


«Сразу в сердце радости 
                        прибавится,
Лишь увижу юности края,
Краснодон, Макеевка, 
                        Дебальцево - 
Родина шахтерская моя.
На рассвете дымка 
                           розоватая
Чуть дрожит на зеркале 
                                 пруда.
Краматорск, Донецк, 
                     Ясиноватая - 
Для меня родные города.
С детства мы знакомы 
                    очень коротко,
Земляки с тобою мы, 
                             Донбасс!
Углегорск, Енакиево, Горловка
Мне ночами снятся 
                           и сейчас».

суббота, 3 сентября 2022 г.

"По жизни ведет слово" Виктор Руденко

"По жизни ведет слово" Виктор Руденко

    Виктор Руденко родился 3 сентября 1940 года в селе Доброполье на Донетчине. Учился в Киевском государственном университете им. Т. Г. Шевченко. Работал в городских и областных газетах, в журнале «Донбасс» ответственным секретарем.
    Виктор Руденко за годы творческой деятельности издал более пятнадцати книг поэзии и прозы. Это поэтические сборники — «Крылья над морем», «От моря не иди», «Тепло родного берега», «Хлеб и уголь», «Позову — отзовись», «Спасите родину мою», «Ода любимой», «Простите за любовь», «Дни черной звезды», «Подвиг одиночества» и другие.
    Фрагменты в его творчестве — тема далекого Заполярья, а также нашего Приазовья. Основательно поэт разрабатывает тему любви к отчей земле, родному краю, обозначенную им как Доброе Поле. Именно здесь, на Добропольщине, прошли его детство и юность, здесь его родословные корни и могилы предков. И он посвятил им лучшие свои поэмы — «Родное», «Добропольская сирень», «Самая короткая дорога» и другие.
    Темой малой родины в основном пронизана и книга его избранных произведений «Молитва о любви и покаяньи». Писатель издал книгу прозы — повесть «Сказание о Саур-Могиле», а также подготовил к изданию повесть-сказание о Добром Поле.
    Лауреат Международного фестиваля слова «Достояние». Член Национального Союза писателей Украины с 1983 г.
    Представляем вашему вниманию стихотворение из первой книги поэта «Крылья над морем»:
«Доброполье»
Доброе полюшко — Доброполье.
Тихо, безоблачно и тепло.
Встретит вас ласково,
Хлебом и солью,
Принаряженное в зелень село.

Вот оно, близкое сердцу и милое,
С песней мельничного крыла,
С вечным молчанием братской могилы,
Что на виду, посредине села.

По палисаду проторенной тропкой,
Где по бокам — лишь трава-лебеда,
Мама к могиле придет неторопко,
Чтоб улыбнулся отец сквозь года.

Доброе полюшко — Доброполье!
В самом разгаре лучистого дня
В крике кукушки прорежется болью
Память моя.
Список рекомендованной литературы:
Произведения Виктора Руденка:
 - Добропольская сирень [Текст] : поэма, ода, стихи / Виктор Руденко. — Донецк : Союз писателей Украины ; Журн. «Донбасс», 1998. — 86 с. : ил., портр.
 - Земля Сосюры [Текст] : строки о Малой Родине / Виктор Руденко. — Донецк : Каштан, 2008. —404 с. : ил.
 - Крылья над морем [Текст] : стихи / Виктор Руденко. — Донецк : Донбас, 1976. — 31 с. — (Первая книга поэта).
 - От моря не иди [Текст] : стихи, поэма / Виктор Руденко. — Донецк : Донбас, 1979. — 59 с.
 - Позову — отзовись [Текст] : стихи, поэма / Виктор Руденко. — Донецк : Донбас, 1989. — 135 с. : портр.
 - Поэт прозаик [Текст] : [биография и позия] / В. Руденко // Письменники Донеччини : Довідник / Упоряд. І. О. Білий, С. В. Жуковський. — Донецьк : Національна Спілка письменників України ; журнал “Донбас”, 2005. — С. 308-313. — [Стихи: «Письмо фронтовика», «Нежность», «Девочка Украина», «В Добром Поле», «Эпилог»].
 - Преджнивьё [Текст] : [стихотворение] / В. Руденко // Джерела : антологія творів учасників літературних об’єднань Донбасу. — Донецьк : Журнал “Донбас” ; Національна спілка письменників України, 2012. — С. 147.
 - Сказание о меотиде. Когда кричит рыба [Текст] : [повесть] / Виктор Руденко. — Донецк : Лебедь, 2005. — 154 с.
 - Сказание о Саур - Могиле [Текст] : [повесть] / Виктор Руденко. — Донецк : Лебедь, 1999. — 132 с. : ил., портр.
 - Тепло родного берега [Текст] : стихи, поэма / Виктор Руденко. — Донецк : Донбас, 1983. — 52 с.
 - Хлеб и уголь [Текст] : стихи и поэмы / Виктор Руденко. — Донецк : Донбас, 1986. — 71 с.
******
 - В содружестве с природой / В. Руденко // Веч. Донецк. — 2013. — 2 апр.
(№ 38). — С. 3. — [Стихотворения: «Перед весной», «Туманы дней», «Быть не хочу должником»].
 - Взаимность души и слова / В. Руденко // Веч. Донецк. — 2014. — 4 марта (№ 26). — С. 3. — [стихотворение «Добытчики былого»].
 - Донбасс, его величество : [Стих] / В. Руденко // Донбас. — 2007. — №2. — С. 46-47.
 - «Заплакати, мов засміятись...» :  [стихотворения] / В. Руденко //   Позиция. — 2005. — 1-8 июля (№25). — С. 8. — [«Душі цвіт», «Без світла»].
 - Из тетради жизни : [стихотворения] / В. Руденко //  Отражение. —2005. — №7. — С. 15-18.
 - Имя отцовское : Поэзия // Веч. Донецк. — 2012. — 4 февр. (№ 14). — С. 3.
 - Милая : [Стихотворение] / В. Руденко // Позиция. — 2006. — 3-10 марта (№9). — С. 8.
 - На тыщу сел один поэт... : [Стихотворение Борису Олейнику] / В. Руденко // Донбасс. — 2010. — 7 сент.(№ 104). — С. 11.
 - Поэзия : [стихотворения: «Снег - на землю, люди к Богу». «Не дай-то Бог!»] / В. Руденко // Донбасс. — 2008. — 2 февр.(№ 22). — С. 12.
 - Сад нашей эпохи : [Из поэтической тетради] / В. Руденко // Веч. Донецк. — 2007. — 1 сент.(№ 129). — С. 3.
 - Солдатский сын : [стихотворение] / В. Руденко // Позиция. — 2010. — № 17. — С. 4.
 - Триптих памяти : [стихотворения] / В. Руденко // Донбасс. — 2007. — 12 янв. (№7)/ — C. 15.
 - Шахтерскому городу, друзьям незабвенным : [стихотворения] / В. Руденко // Донбасс. — 2006. — 2 нояб.(№202). — С. 31.
Жизнь и творчество поэта Виктора Руденка:
 - Вовенко, В. Как закаляются строки / В. Вовенко // Веч. Донецк. — 2010. — 3 сент.(№102). — С. 19-20. — [Об отце дон. поэта В. Руденко — фронтовике П. Т. Руденко].
 - Вовенко, В. Начало осени, яблокопад... / В. Вовенко // Донбасс. — 2007. — 1 сент.(№ 161). — С. 12. — [Интервью].
 - Кривцун, А. Донбасс начинается с нас / А. Кривцун // Донбасс. — 2012. — 9 февр. (№ 16). — С. 25. — [Презентация новой книги В. Руденко «Сторона отчая»].
 - Кудрявцева, С. Доброе Поле — любовь на всю жизнь / С. Кудрявцева // Муниципальная газета ( Ранее Наш дом + ). — 2010. — 12 марта (№ 10). — С. 3. — [О новой книге В. Руденко «Зов Доброго Поля»].
 - Любимов, Н. Встреча с поэтом-земляком / Н. Любимов // Позиция. — 2011. — № 43. — С. 4. — [В ЦБ Доброполья прошла встреча с Виктором Руденко].
 - Руденко, В. Поэта встречали земляки / В. Руденко // Веч. Донецк. —2011. — 15 нояб.(№ 131). — С. 3. — [В райбиблиотеке г. Доброполье состоялся творческий вечер В. Руденко. Стихотворения из новой книги «Земля отчая»].
 - Руденко, В. След памяти / В. Руденко // Позиция. — 2008. — 17 янв.(№2). — С. 7. — [В. Руденко о творчестве про шахтеров В. Ляхова].
 - Руденко, В. Удостоверено дарование поэта / В. Руденко // Донбасс. — 2007. —18 апр.(№72). — С. 15. — [В. Руденко о творчестве Е. Нефедорева и посвященное ему стихотворение «Свет впереди»].
 - Туркин, Н. На главных позициях времени / Н. Туркин // Позиция. — 2010. — № 39. — С. 4. — [О новой книге В. Руденко «Метель судьбы»].

среда, 27 июля 2022 г.

Справедливый Шутов


          Поэт и прозаик, защитник Ленинграда от оккупантов, а наших героев - от забвения, почётный гражданин Донецка. Всё это - Виктор Шутов. Он оставил нам богатое наследство: стихотворные сборники, романы, книги для детей, повести, очерки о Донецке. И, конечно, песни о нашем крае - «Шахтёрская лирическая», «Город синих терриконов», «Любимый Донбасс», «Саур-Могила». Благодаря его упорству, боевому характеру, жажде справедливости появились книги «Смерти смотрели в лицо», «Рядовые подполья» и другие, открывающие правду о деятельности донецких подпольщиков в годы оккупации. Именем Шутова названа улица областного центра, а также литературная премия.


Передо мной мой шар земной,
С его судьбы меридианами,
С его «Не за морями-океанами -
о рабочей широтой.
Мой шар земной - планета малая,
Отцовский край - родной Донбасс
С его делами небывалыми,
С его житьем - не на показ.
В ладу с вселенскими законами,
Не нарушая ход планет,
Мой край, вздымаясь терриконами,
Берет из недр тепло и свет», - 


Немного о себе

Как положено на свете, -
Я покину мир земной, -
Сообщат о том в газете
И забудут - с глаз долой...
А, возможно, критик местный
Вдруг да вспомнит обо мне:
Мол, в Донбассе был известный,
И немного всей стране.
Биографии шахтерской,
На войне - простой солдат,
По комплекции неброский,
Не из робких и не хват.
Попадал в беду - не охал,
И здоровье не берег;
Сочинял стихи неплохо,
Приналег бы - лучше смог.
После ратного похода,
Ради счастья и весны,
Врачевал со всем народом
Раны горькие страны.
А во время передышки,
Как в недавние бои,
Побратимам - не из книжки -
Он читал стихи свои.
О товарищах-рабочих,
О геройских их делах;
Может, с рифмою не очень,
Но душа жила в строках.
Может, слабость в смысле слога,
Но в стихах был свет от звезд,
Возвышалась в них эпоха
В богатырский полный рост.
Билось пламенное время
И, возможно, потому,
Что одной судьбой со всеми
Было жить светло ему.
Так ли скажет, я не знаю,
Местный критик вдалеке,
Но пока я уповаю:
Может, вы в моей строке
Ощутите вдохновенье,
Что передано словам,
Что хоть капельку волненья
Перельется в сердце к вам.

Виктор Васильевич Шутов

Виктор Васильевич Шутов
(27 июля 1921, Юзовка — 21 июля 1987) -  поэт и прозаик, защитник Ленинграда от оккупантов, а наших героев — от забвения, почётный гражданин Донецка. 

Он оставил нам богатое наследство: стихотворные сборники, романы, книги для детей, повести, очерки о Донецке. И, конечно, песни о нашем крае — «Шахтёрская лирическая», «Город синих терриконов», «Любимый Донбасс», «Саур- Могила». 

Благодаря его упорству, боевому характеру, жажде справедливости появились книги «Смерти смотрели в лицо», «Рядовые подполья» и другие, открывающие правду о деятельности донецких подпольщиков в годы оккупации. Как подвижник, посвятивший свою творческую жизнь увековечиванию Донецкого подполья времён ВОВ, поиску забытых имён, восстановлению доброго имени людей, ковавших Победу и в подполье, и в тылу.

Работал в редакциях газет «Социалистический Донбасс», «Комсомолец Донбасса», в журнале «Донбасс». Писательница Елена Лаврентьева вспоминает, что Шутов был больше журналистом, чем художником слова. Очень интересно рассказывал и был прирожденным краеведом – это помогало писать прекрасные вещи.

Именем Шутова названа улица в Кировском районе города Донецка.


В 1990-м областной Фонд культуры учредил литературную премию им. В. Шутова. Она вручается поэтам, писателям и журналистам Донетчины, которые своим трудом открывают новые страницы истории и настоящего родного края, восстанавливают память о забытых земляках.

ВИКТОР ШУТОВ




Виктор Васильевич Шутов родился 27 июля 1921 года в городе Донецке в семье шахтера. После окончания десятилетки поступил в Ленинградский институт инженеров железнодорожного транспорта. В 1939-1940 гг. принимал участие в войне с белофиннами. Во время Великой Отечественной войны - участник обороны Ленинграда и прорыва блокады.
После демобилизации работал воспитателем в школе ФЗО, на машиностроительном заводе, инструктором Донецкого обкома комсомола. С 1949 года - на журналистской работе. В 1953 году окончил Московский литературный институт имени А. М. Горького.
Отмечен боевыми и трудовыми наградами. Награжден Почетной грамотой Президиума Верховного Совета УССР.
В. Шутов - член КПСС с 1943 года.
Издал более десяти сборников поэзии. Среди них -"Трудный пласт" (1957), "Когда юность уходит" (1958), "Лирика моего города" (1960), "Земная тяга" (1961), "Семицветъе" (1963), Крутые уступы" (1971), "Любовь и память" (1979) и другие.
В. Шутов - автор нескольких книг прозы и многих песен о донецком крае и шахтерах, написанных совместно с советскими композиторами.

СЛОВО О ХЛЕБЕ

Пахнет улица коркой пшеничной,
золотистой и сладко хрустящей , –
в магазины развозят отличный
хлеб насущный наш, хлеб настоящий.

Подрумяненный, пышный, горячий,
не буханки, а чудо печное...
А ты знаешь, ты видел, как плачет
изнуренный солдат после боя?

Нет, он взводных друзей не хоронит,
слава богу, никто не подкошен,
держит пайку свою на ладони,
держит хлеб, что на сутки положен.

На руке суррогатная тяжесть
в триста граммов, как будто железо;
сразу съесть его весь не отважась,
не решается даже разрезать –

чтоб на завтрак, обед и на ужин
по кусочку, хоть в палец, но было...
И не ранен боец, не контужен,
а вот к горлу слеза подступила.

И война вдруг не кровью,
не гарью, а запахла домашним хлебом –
шел из детства к голодному парню
запах тот под блокадное небо.

Только снова земля задрожала,
и солдат приготовился к бою
за сегодняшний хлеб державы...
А случилось все это со мною.

О ЛЮБВИ

Помню, помню сейчас,
как все было тогда:
в Ленинград и Донбасс
не идут поезда.

Друг о друге вестей
нету год, нету два,
и от крови, смертей
очерствели слова.
Толькой бой,
только боль...

Через тысячу лет
будет встреча с тобой,
потому что меня
скоро пуля пробьет.
От смертей и огня
поседел небосвод,
закипела вода,
задымилась трава,
в груди навсегда
почернели слова.

Я не знаю, какой
поцелуй у любви...
Крой их!
В душу их крой,
ребятишки мои!
Я не знаю, о чем
пишут в письмах любви.
Гадов к черту пошлем,
побратимы мои.

И она где-то там
ждет, как хлеба, любви.
Нет пощады врагам!
Бей их, други мои!

А потом – тишина,
и тревога – потом:
кто она? где она?
и какая лицом?

И тогда ты пришла
и осталась со мной.
То ли рядом была,
то ли в небе – звездой.

Я не знал, не гадал,
надо мной – синева,
и во мне, как во сне,
посветлели слова.

А сейчас ты со мной
и не веришь тому,
что вставала звездой
в ту смертельную тьму.

* * *
Яблок на станции Чаплино – вдоволь,
их продают солдатские вдовы,
в темных косынках до самых бровей
молча глядят на проезжих людей.

Вдруг встрепенется одна из них,
искорки вспыхнут в глазах сухих,
вспыхнут и вновь угасают с тоской:
нет, это кто-то мелькнул другой,
кто-то чужой, но похожий – мимо,
путь его дальше, к своей любимой...

Поезд уходит, и рельсы, как нервы,
снова солдаток ведут в сорок первый.
Красный вагон и зеленый вагон, то ли гудок,
то ли плач,
то ли стон...

Яблоки...
Просто бесхитростный повод
к поезду выйти ей снова и снова:
тлеет надежда в груди до сих пор,
словно недавно забытый костер.
Яблоки носит который уж год
и проезжающим их раздает.

В запахах сочных вечерний перрон,
мимо идет за вагоном вагон...

СЕРДЦЕ

Кайсыну Кулиеву

О чем задумался, поэт,
под светлый лепет лип –
о тех, кого сегодня нет,
кто на войне погиб,

кто на безвестном берегу
до срока в землю лег
и на коротком на веку
все совершил, что мог?

А может, дума о живых
тревожит твой покой,
какой огонь в сердцах у них,
их подвиг ждет какой?

А липы тихо шелестят
о вечности земной
нетленным голосом солдат,
чтоб стать твоей строкой

Неповторимой, как приказ,
что ты давал в бою;
ты побывал и сам не раз
у смерти на краю.

Тебе дано соединить
всей силой струн своих
судьбы торжественную нить
и павших, и живых.

ПАМЯТИ БРАТА ДМИТРИЯ

На юность – вечная прописка...
Без имени и без наград
лежит мой брат в земле латвийской –
Советской Армии солдат.

На сердце боль, и тяжко нервам,
их память горькая сечет:
вновь оживает сорок первый,
и в бой идет стрелковый взвод.

Из праха, вечностью покрытого,
в лучах зари, в сиянье звезд
бойцы поднялись – из гранита,
из камня встали в полный рост.

До ночи выстоять хотя бы
в свинцовом огненном кольце...
Ах, почему так руки слабы,
кровь на груди и на лице?

Прилипла к телу гимнастерка,
и солнце катится во тьму,
и брат упал – земля пригорком
легла под голову ему.


Июль не горечью полыни,
а чабрецом хмельным пропах,
как там – на милой Украине,
в родных донбассовских степях.

Ему бы выжить, только выжить –
он разорвет проклятый плен,
а пулеметы смотрят с вышек
и ждут: подымется ль с колен?

Нелегкий год передо мною
гудит землей Саласпилса,
с тоской не каменной – живою –
глядят на ближний лес глаза.

РЯБИНА

Стройная рябина листьями узорными
осторожно трогает стекло.
Мать сидит подолгу вечерами черными,
тяжело на сердце, тяжело...

Провожала сына – слез своих не выдала,
только попросила об одном:
"Посади рябину, чтоб всегда я видела,
как цветет весною под окном".

...Жарким летом рдела, наливалась соками
и закрыла солнышко в окне.
Шел родимый где-то землями далекими –
третий год с друзьями на войне.

Посылала сыну весточки летучие:
"Приезжай с победою, родной,
я тебе настойку сладкую, шипучую
настою на ягоде хмельной.


Да рябину нашу, шумную и стройную,
пересадишь – дальше от окна.
Вечером печальная, ночью беспокойная –
все стучится ветками она".

.. .Как давно от сына письмецо получено,
заблудилась весточка о нем.
На столе – настойка горькая, шипучая,
буйная рябина – под окном.


* * *
Вторая зона.
Станция Ручьи.
Уходят вдаль глазастые вагоны,
на осокорях возятся грачи –
давным-давно здесь нет запретной зоны.

Рубеж войны лежит под спудом лет,
он проходил сквозь нашу батарею.
но я волнуюсь, мну в руках билет
и, как тогда, перед тобой робею.

Гляжу в твои глубокие глаза,
от власти их мне никуда не деться.
далекий залп, или гремит гроза,
а может, память так стучится в сердце?

Слеза скупая на губах горчит –
да, в нашу юность нет уже дороги...
Вторая зона.
Станция Ручьи –
исток моей любви, моей тревоги.


ВОСПОМИНАНИЕ

В Ленинграде снега,
я тоскую по ним,
как по юности давней –
снегам голубым.

Небо щедрое вновь
над Невой, над тобой
сыплет звезды зимы,
дарит снег голубой.

И мороз – не мороз,
и пурга – не пурга,
полонили тебя
голубые снега.

Почему голубые?
В блокадные дни
вместе с небом
багровыми были они.

Помню серые,
черные помню снега...
Отчего же ты, юность,
мне так дорога?

Может, снег виноват:
стал он толщею лет
и укрыл или смыл
горькой горечи след?

Только память опять
неподвластна годам,
неизменно идет
за тобой по пятам.


С той поры огневой
по дорогам крутым...
В Ленинграде снега –
я тоскую по ним.

* * *
Должно быть, года загасили
отчаянность, гнев и азарт,
и память с безудержной силой
меня возвращает назад.

Назад – но не к смертному бою
на невском крутом берегу,
назад – и тогда я с тобою
опять повстречаться смогу.

С тобою – девчонкой глазастой
в кирзовых больших сапогах;
скажу я задиристо: "Здравствуй!",
а в сердце заплещется страх.

Конечно, отчаянный воин,
с врагами в бою был на "ты",
но вдруг я тебя недостоин,
серьезной твоей красоты?

Стоял пред тобою, волнуясь,
не смея признаться в любви...
И все же, наивная юность,
верни мне тревоги твои.

* * *
От служебных забот и тягот,
расписание не торопя,
в край хваленых грибов и ягод
увезла электричка тебя.


Ты идешь над лесной рекою,
и тебя отражает она,
а в лукошке – грибы горою,
и корзина полным-полна,

ох, полна заалевших ягод –
для варения в самый раз,
лета щедрый подарок на год
будет к чаю – и про запас.

А моим – на всю жизнь! – запасом
стала память о речке той –
под бомбежкою и фугасом
мы вступали в неравный бой.

Что там черной – была кровавой
и вскипала речная вода,
где всходили солдатской славой
годы верности навсегда.

...Над глухой и замшелой тропою
сосны чутко о чем-то шумят,
а быть может, они с тобою
обо мне, молодом, говорят.

О ПРАВДЕ

Он воевал, как все солдаты, –
и отступал, и наступал,
в бою и от его гранаты
противник замертво упал.

И не один,
я в том уверен,
он подымался на врага,
и был атакам счет потерян,
и выл свинец, а не пурга.

Ярился гнев, и злость вскипала,
и наступала, черт возьми,
не власть ума,
а власть металла,
и суд вершила над людьми.

Сыновний долг перед страною –
превыше всех душевных прав,
и жил солдат от боя к бою,
в смертельной схватке смерть поправ.

Но в дни затишья фронтового,
и после – дома, в мирный час –
о тех, убитых им, – ни слова,
таков для памяти наказ.

А ты, должно, другой удачи,
предсмертной горечи оскал
вблизи не видел ты,
иначе
о том с трибуны б не кричал.

А он не выйдет, нет, на сцену
тревожить боль ушедших дней.
Солдат молчит.
Он знает цену
и вражьей крови и своей.

БАЛЛАДА О СТИХАХ

Старики стихов не читают –
старики стихи вспоминают,
не любые – самые лучшие,
не случайно, а в крайнем случае.

В самом сердце до смерти носят,
будто клятву их произносят.

Отдавали себя державе,
были вровень с ее мечтой,
как атланты, страну держали
на плечах судьбы молодой.

Были схватки, атаки были,
кровь, и голод, и пыль дорог –
и тогда они жадно пили
из криниц стихотворных строк.

Старики стихи вспоминают –
с ними юность свою встречают.


* * *
Наград не густо на груди –
был в обороне я, в блокаде.
Огонь стеною – впереди,
а голод, как трясина, – сзади.

И все бои, бои, бои –
ни отступать, ни продвигаться,
а рядом сверстники мои,
как по ранжиру, всем по двадцать.

Но мы дубленые уже
и на ветру, и на морозе,
стоим на смертном рубеже,
ни хлеба и ни сна не просим.

...Не густо на груди наград,
в блокаде путь военный пройден.
Но жив и славен Ленинград –
на всех один великий орден.




* * *
Семнадцать лет чужой металл
тебе покоя не давал,
он свет мутил, тревожил сны
тяжелым грохотом войны.

И вот хирург нашел его,
извлек из тела твоего –
осколок черный на столе...
А сколько их таких в земле!

Ты в тишине к ней припади,
услышишь боль в ее груди –
в рубцах окопов и траншей
лежит кормилица людей.


УЛИЦА ВАНИ ПЕТРОВА

На улице, с детства знакомой,
неярко горят фонари,
горят возле каждого дома
до самой шахтерской зари.
Кого-то они провожают
на шахту в глубокий забой,
кому-то они освещают
дорогу со смены домой.

Я с Ваней Петровым когда-то
ушел от родного крыльца,
по долгу и праву солдата
страну защищать до конца.
Узнали мы горечь пожарищ,
свинцовые вьюги и дым.
В чужой стороне мой товарищ
остался навек молодым.


По улице, с детства знакомой,
с работы хожу я опять
и вижу у старого дома
на лавочке Ванину мать.
Как прежде, она по привычке
встречает сынка своего,
но только на белой табличке –
геройское имя его...

Счастливая молодость снова
не спит до шахтерской зари
на улице Вани Петрова,
где мирно горят фонари.
Кого-то они провожают
на шахту в глубокий забой,
кому-то они освещают
дорогу со смены домой.

среда, 29 июня 2022 г.

Легендарный Беспощадный


       Автор знаменитых строк «Донбасс никто не ставил на колени и никому поставить не дано» Павел Иванов (Беспощадный - псевдоним, ставший потом фамилией, - уж очень жёстко клеймил в стихотворениях буржуев).

Павел Иванов родился 29 июня (11 июля) 1895 года в селе Всеславль Смоленской губернии в семье безземельного крестьянина. Вместе с семьей, еще подростком, переехал на Донбасс. В 19071917годах (с 12 лет) работал в шахте — лампоносом, саночником, коногоном. Участник Гражданской войны. В 1918 году добровольцем пошел в Красную Армию.
После демобилизации (1921) возвратился в Горловку. Снова работал шахтером, принимал участие в рабкоровском движении.
В 1924 году Павла Иванова пригласили на работу в редакцию газеты "Кочегарка".
       С этого времени Павел Григорьевич активно участвовал в работе Союза пролетарских писателей Донбасса, существовавшего позже (1927—1932) как донецкий филиал Всеукраинского союза пролетарских писателей (ВУСПП).
Печататься поэт начал в 1924 году в газете "Всероссийская кочегарка", в журналах "Забой" и "Горнорабочий".
       Первый сборник поэта, - "Каменная книга" - вышел в 1930 году.
Павел Беспощадный активно принимал участие в деятельности писательской организации Донбасса «Забой», публиковался в журнале "Забой", наряду с такими известными авторами Донбасса как Борис Горбатов, Михаил Снежин, Григорий Баглюк, Николай Олейников, Порфирий Трейдуб, Феликс Ковалевский и другими. Старый Донбасс, труд советских шахтёров, трудовые и боевые подвиги донбассовцев — основные темы поэзии Павла Беспощадного, связанной с традициями рабочего фольклора.
       Павел Беспощадный — почётный шахтёр СССР. Награжден орденом Ленина, Орден Трудового Красного Знамени (дважды), знаком Шахтерской славы, а также медалями.
         Умер Павел Григорьевич Беспощадный в Горловке 25 мая 1968 года.
Павел Григорьевич - почётный гражданин Горловки. Именем П.Г.Беспощадного названа улица в Центрально-Городском районе города Горловка.

        Павел Беспощадный автор поэтических сборников: "Каменная книга" (1930), "Год в "Кочегарке" (1933), "Наследство" (1935), "Стихи" (1936), "Родина" (1938), "Родное", "Обновленная земля" (1946), "Заветная звезда", "Шахтерские песни" (1948), "Песни труда" (1949), "Избранное", "Степь донецкая" (1950), "Стихи и песни" (1952), "Горный пламень" (1953), "Избранное", "Дружины" (1955), "Над шахтой летят журавли" (1957), "Шахтерские поэмы" (1959), "Щедрая земля", "Здравствуйте, ребята" (1960), "Донецкие просторы" (1961), "Всегда с Донбассом" (1962), "Стихи" (1964), "Избранное" (1965), "Стихи" (1985) и др. Именем  Беспощадного  названы улицы в Горловке и Донецке.

 ДОНЕЦКАЯ СТЕПНАЯ
Степь донецкая без края,
Чебрецы да ковыли...
Я люблю тебя, родная,
И в тюльпанах, и в пыли,
И в снегу акаций пряных,
И в сиреневом дыму,
И в монистах колчеданных,
Как подругу, обниму.
Я прильну к родным криницам
Чудодейственным ключам,
Чтоб шахтеркам смуглолицым
Сладко пелось по ночам.
Я из сердца выну песню,
Им на сердце положу.
Я скажу им: труд ваш честен!
Больше слова не скажу.
1945

В СЕМЬЕ ТРУДОВОГО ДОНБАССА

В семью трудового Донбасса
Ты песней вошел, как заря,
Здесь чтут и читают Тараса —
Народной души Кобзаря.
От Кадиевки до Краматорска —
В счастливом донецком краю,
В колхозе и в клубе шахтерском
Бессмертные песни поют.
Твой голос века не затмили
И дум твоих гордый полет.
В стихах титанической силы
Великий Шевченко живет.

1949
 КЛЯТВА
Пока в груди шахтерской сердце живо
И в сердце кровь сыновняя тепла,
Хочу, чтоб песня с врубовкой дружила,
Варила сталь и в глубь ствола вела,
Клепала клети, и вздымала зданья,
И на лесах большого созиданья
Примером высшей доблести была.
Донбассу жить! Сирена шлет сирене
Горняцкой дружбы благовест стальной:
Донбасс никто не ставил на колени
И никому поставить не дано!
И нет земли прекрасней, вдохновенней,
Где все творцом-народом создано.
Донбасс никто не ставил на колени
И никому поставить не дано!
И нет Отчизны чище и священней, —
Где все сердца сливаются в одно…
И это сердце осеняет Ленин —
Великий светоч партии родной!
 


                                                                  

пятница, 24 июня 2022 г.

Василий Толстоус

Василий Толстоус

            Родился в 1954 году, 24 июня. Автор книг стихов: "Прямой билет"(Донецк, 2003), "Под зелёными небесами" (Донецк,2003), "Свет вечерних звёзд"(Донецк,2004), "О любви" (Донецк,2005, 2008), "Будем жить" (Донецк, 2006, 2010), "География сердца" (Донецк,2007), "Лунный сад" (Донецк, 2009),"Стихотворения"(Москва,"Советский писатель",2011), "День шахтёра" (Донецк,2011), "Крещение именами"(Донецк-Мариуполь,2014), "День ангела" (Киев,2015). 
             Межрегиональным Союзом писателей Украины удостоен званий:
"Лауреат международной литературной Премии имени Михаила Матусовского" (2007 г.)
"Лауреат международной литературной Премии имени Владимира Даля" (2010 г.)
"Лауреат международной литературной Премии имени Олега Бишарева" (2014 г.)
Управлением культуры Донецкой областной Государственной администрации удостоен звания:
"Лауреат областной Государственной литературной Премии имени Виктора Васильевича Шутова" (2009 г.)
Автор-составитель поэтической антологии "Песни Южной Руси. Стихи русских поэтов Украины (1980-е - 2000-е гг.)"(Донецк, 2008), изданной под эгидой Международного Сообщества писательских союзов (Москва). 
Участник сборника стихов и прозы "Дальний колодец" (Донецк,2013)(совместно с Людмилой Буратынской, Виктором Шендриком, Вячеславом Пасенюком, Еленой Морозовой и Вячеславом Верховским).
Участник сборника стихов и прозы "Восьмое небо" (Донецк,2014)(совместно с Владимиром Авценом, Людмилой Буратынской, Вячеславом Верховским, Еленой Морозовой, Вячеславом Пасенюком, Павлом Сердюком и Виктором
Шендриком).
Финалист БЛК - февраль 2012 г (лонглист http://www.stihi.ru/2012/01/31/4278 и шортлист http://www.stihi.ru/2012/03/07/4995).
Финалист ТМЕ - май 2012 г. http://www.stihi.ru/2012/05/04/10928
Финалист ЛФР - 4-й тур: зима 2011-2012 гг. Шорт-лист http://www.stihi.ru/2011/12/02/2122
Поэт года - 2014: Вы номинированы на премию.
Поэт года - 2015: Вы номинированы на премию.


ЛУННЫЙ ДОНБАСС

От круч днепровских до Ростова –
Донбасса реки и поля.
И там, где шахта Поченкова, 
была обычная земля.
Отвалов правильные горы,
где ни травинки, ни куста,
легли на вольные просторы
и заповедные места.
Где рубежей казачьих знаки
и верб столетних островки –
дымятся Бутовские шлаки
у древней Кальмиус-реки.
Страна устала от заводов
и вскоре, бросив целину,
наверно, вывезет народы
перелопачивать луну.
Тогда и там увижу снова,
любуясь вечером луной,
отвалы шахты Поченкова,
уже с Кавказ величиной.


В ШАХТЕ

Роятся огоньки, качаясь вдалеке.
Здесь, под землёй, безмерно одиноко.
Огни лиловые, как звёзды по реке,
струятся из подземного истока.
Они размеренно, в молчании парят.
Ни слова, только шум и колыханье.
Впустую люди под землёй не говорят,
оберегая силу и дыханье.
Когда проходят мимо – трапов скрип и стон,
о бок стучат тяжёлые приборы.
Огни мятутся за ушедшими вдогон,
сплетаясь в аккуратные узоры...
...Опять спускается из мрака тишина.
Не верится, что мир и жив, и светел,
когда смыкается кромешная страна,
разрытая за пазухой планеты.


понедельник, 18 апреля 2022 г.

РОДОМ ИЗ АТЛАНТИДЫ

БЕСЕДА С ФЕДОРОМ БЕРЕЗИНЫМ

Писатель-фантаст Федор Березин известен как родоначальник особой разновидности отечественного фантастического романа — «философский научно-фантастический технотриллер». В чем секрет популярности его книг, откуда автор черпает идеи и вдохновение? Как оказалось, у Березина есть некий секретный сундучок, наполненный тайнами, вывезенными им из «недавно затонувшей Атлантиды».

«КАДУЦЕИ И ДРАКОН»

На 10-м Международном фестивале фантастики «Звездный мост 2008» в Харькове вы получили премию «Харьковский дракон». Насколько это было неожиданно, какие остались впечатления?
Вообще-то очень даже неожиданно. Дело в том, что в этот раз на фестиваль я приехал просто отдохнуть, пообщаться с друзьями, коллегами. Так получилось, что за «отчетный период» у меня не вышло ни единой новой книги. Посему я не значился в номинациях и априори ничего не ожидал. Вызов на сцену оказался совершеннейшим сюрпризом.
Тем приятней было получить награду. Конечно, у этого приза своя специфика. Он дается не за какие-то текущие достижения, а как бы «по совокупности». Оказывается, за эти годы у меня накопилось без малого пять харьковских «кадуцеев» разной степени значимости. Ну и потому их количество как бы перешло в качество — в эту тяжелую статуэтку с летающим артефактом.
И за что же вы «наполучали» этих самых «кадуцеев»? Насколько нам известно, у вас один золотой, один серебряный и целых три бронзовых «посоха вестника» (именно так трактуется слово «кадуцей» на русском).
«Золото» мне досталось в 2001-м году, в номинации «Дебют». Не знаю, как ее трактовать, как самую простую номинацию, или же как самую честную? Наверное, будет правильнее второе. Ибо в остальных категориях на автора в основном работает уже не конкретно «выставленное на аукцион» произведение, а наработанное имя. В «дебюте» же сражаются между собой никому не известные «темные лошадки». Тогда их значилось сорок. Кстати, в этом году в Харькове соревновались уже ровно сто дебютантов!
Выиграл тогда мой роман «Пепел», выпущенный издательством «АСТ». Он на две недели опередил мой же роман «Огромный черный корабль», появившийся уже в «ЭКСМО». Как видите, для читателей я стартовал практически одновременно в двух мощнейших отечественных издательствах. Вообще-то «Пепел» дописан был ранее — это и есть мой самый первый роман, подготовленный к изданию. Однако история «Черного корабля» более интересна и длительна. Я начал его писать еще в юношеском возрасте, в 18 лет. Потом, со скрипом, он время от времени микробными шажочками куда-то двигался. А вот завершить я его сумел лишь когда создал «Пепел». Можно сказать и так — завершив «Пепел», а перед тем единственную на сей момент повесть «Покушение на Еву», я кое-чему научился. И смог доделать начатое еще в юности.
Писатель и кадуцей.
История с «Черным кораблем» на этом не завершилась! Несмотря на кажущуюся фатальность концовки книги, через несколько лет появился «Экипаж черного корабля», а затем, опять же неожиданно для меня самого, — дилогия «Создатель черного корабля» и «В прицеле черного корабля». Последняя книга вышла только что, в конце августа, в издательстве «Крылов».
Вернемся к вопросу о наградах.
Да, точно. В 2002 на том же Харьковском фестивале мне вручили «серебро» за дилогию «Встречный катаклизм» и «Параллельный катаклизм», впоследствии переизданную в одном томе под общим заголовком «Красные звезды». На сегодняшний день именно эти романы — самые известные, на них базируется моя слава как писателя.
Далее. В 2005-м, в моей «привычной» ныне номинации «Циклы, романы с продолжениями» я получил «бронзу» за первые два тома «Войны 2030». Вот эти романы с самого начала планировались как цикл.
В 2006-м «бронзу» отхватила третья книга той же серии. А в 2007-м «бронзовый кадуцей» достался роману «Создатель черного корабля». Можно сказать, таким удлиненным путем воздалась почесть давней юношеской задумке. Теперь же на полочку водрузится и «Харьковский дракон».
«Наградным» признанием творческих заслуг Федор Березин не обижен. Да и почитателей у его книг немало. Откуда же черпает автор «философских» технотриллеров свои идеи? Какие мысли пытается донести до людей?

«ПОГИБШАЯ НЕДАВНО АТЛАНТИДА»

В позапрошлом номере «Мира фантастики» была красивая реклама трехтомника о «Черном корабле». Здесь собраны все четыре нынешних романа цикла, в том числе — новый. Будете ли вы продолжать этот сериал?
Вопрос сложный. У меня всегда толчется в голове где-то с десяток серьезных задумок. Некоторые из них, в конце концов, преобразуются не просто в романы, а хотя бы в дилогии. Посему работы еще — через край. Успеть бы.
Однако некоторые читатели, с коими общаешься через интернет либо лично, на конференциях-фестивалях, утверждают, что именно «Черный корабль»  — их любимое произведение из творчества Березина. А самое главное, за столь большой срок я сжился и сплавился не только с героями, но и с миром. Ведь эта книга оттуда же, что и я, — из ядерного двадцатого века. Из его второй половины, когда мир стоял на краю пропасти. Как-то я именно это тогда здорово прочувствовал. Несколько лет назад, читая лемовскую «Фантастику и футурологию», обратил внимание на слова мэтра о том, что он в своих штудиях фантастики удивляется одной странности. Несмотря на то, что об опасности ядерной войны говорили в 1960-х и 1970-х очень много, романов, непосредственно посвященных возможному атомному апокалипсису, почти нет. Хотя есть много чего-то, толкущегося вокруг да около, то есть боевиков, где все волшебным образом разрешилось за минуту «до», или авантюр с описанием постъядерного мира. Получается, «Огромный черный корабль» вклинился в эту пустую нишу.
Тем не менее, если кто-то, не читавший моих книг, думает, что в этом цикле все герои только кнопки жмут и плющатся ударной волной, то все несколько не так. Кроме множества военных приключений и описаний ужасной машинерии, там очень много философии. Может быть, несколько милитаризированной, но все же философии. Однако пусть никто не пугается — книга далеко не трактат. Это фантастический технотриллер о другом, достаточно своеобразном, но и похожем на наш мире.
Идеологически (если такой термин применим к литературе) этот цикл очень близок к «Пеплу». Всё же задумывались эти книги примерно одновременно. Там тоже большая, но уже межпланетного уровня ядерная бойня, и тоже «все умерли». Вот такие не-хеппи-энды.
Корабль Федора Березина.
Теперь о том, что принесло вам наибольший успех. О «Красных звездах». Как насчет них? И будет ли продолжение у этого цикла?
Со «Звездами» и «Катаклизмами» все в норме. Этой весной они изданы по пятому разу. И по информации из издательства, продались успешно. За «Звезды» я спокоен. Они «не умрут» еще долго.
Что до продолжения, то оно тоже неизбежно. Ведь о чем, по сути, мои романы? Ясно, что это сложная альтернативно-историческая фантастика, со взаимодействием нашего и того мира в придачу. Это касательно сюжетной канвы. Но еще они о техно-военных чудесах канувшей навеки Атлантиды нашего времени — СССР. Причем Атлантиды, погибшей совсем недавно, на наших глазах. Еще не исчезла боль, но тот мир уже оброс легендами. Как полагается, добрыми и злыми. Кому что более по душе. Мне вот нравится былая военная мощь Союза, о ней и пишу. И буду писать еще долго. Сундук с чудесами той сгинувшей Империи неистощим.
Любимый «Мужской клуб».
Кстати, есть один интересный нюансик из истории первой публикации «Катаклизмов». Это к тому же объяснению о сериалах. Полагаю, начинающим авторам будет любопытно. Вначале это была одна громадная книга. Материал двух будущих томов находился там вперемежку. Принес я данную глыбу поначалу в «АСТ». Кстати, реально у меня еще тогда ни одной книги не вышло, но вот-вот готовились «Пепел» и «Огромный черный корабль». В «АСТ» носом покрутили, подумали и не взяли, а вот «ЭКСМО» заинтересовалось. Однако с тем условием, что я данный кирпич или урежу вдвое, или создам из него две книги, кои друг с другом связаны, но вполне могут читаться по отдельности. Ибо — «серий с такими «томярами» у нас покуда нет, а двухтомник неизвестного автора никто покупать не будет». Потому я снова взял папку подмышку и приступил к работе. Кое-кому из героев не повезло, их пришлось «похоронить» раньше намеченного срока. События нашего времени удалось свести в основном во «Встречный», а события прошлого — в «Параллельный катаклизм». Но кое-что пришлось дописать, и, в общем-то, книги стали лучше. Так что далеко не всегда издатели говорят не по делу.
Роман «Лунный вариант» — из того же «сундучка» с «чудесами» недавно погибшей Атлантиды?
Это в точку. Да, это роман о неосуществившейся лунной программе СССР. О проигранной «Лунной гонке». В романе этот проигрыш несколько усложнен и приукрашен драмой тайного космо-военного столкновения. Но ведь и в действительности там была драма людей и трагедия «не взлетевшей птицы», как я понимаю. Кроме того, стало обидно, что о советском космосе просто-таки нет хороших романов. Что опять же странно, ведь во «время оно» изо дня в день трубили о достижениях космонавтики, а чтоб достойно прославить в литературе — так нет. Я попробовал заполнить и эту нишу. Мнения читателей по поводу произведения разделились. Однако большинство отзывов все-таки положительные. Правда, в львиной доле откликов роман относят к «альтернативкам», хотя я сам полагаю, что это «криптоистория». Ведь «альтернативная история» подразумевает качественное изменение последующего мира, здесь же уже случившаяся история просто засекречена для окружающих.
Не рано ли хоронить Империю? События последних месяцев показывают — затонувшая Атлантида погрузилась не слишком глубоко и вполне способна еще всплыть на поверхность. Хорошо это или не очень — вопрос другой...

«ИМПЕРИАЛИЗМ НЕ ПРОЙДЕТ!»

Что у нас осталось? Успешно изданная и уже вроде бы успешно переизданная трилогия «Война 2030»? Что о ней скажете? И снова: появятся ли продолжения?
Тут уж сразу заявлю: продолжения неизбежны, ибо данное дело и задумывалось как серия романов. Вопрос только в том, когда я за них возьмусь.
Касательно сути вопроса, то есть трилогии о войне. Все по братьям Стругацким: «Главное остается на Земле». Начал я бодренько. Сперва наваял «Пепел» — о далеких временах и удаленной, специально выбранной планете для ведения войн. Потом «Черный корабль» — о совсем уж неизведанной звездной системе, то ли вынесенной прочь из галактики, то ли существующей во времена, когда и сами галактики распались. Между делом соорудил «Покушение на Еву» о событиях двухтысячелетней давности. Затем начал переосмысливать недавнее прошлое, в «Красных звездах» и «Варианте». Ну а уж далее заинтересовало меня наше собственное, достаточно близкое будущее. Столь близкое, что с момента писания первого тома «Войн» уже в силу самой природы времени сократил дистанцию годика не четыре. Один парсек световой пробежки. А всего-то надо пролететь шесть.
Говорят, мой роман антиамериканский. Возможно. По сути, он направлен против одной из превалирующих тенденций сегодняшнего человечества: воинствующего, самодовольного империализма. Но еще он о главном противоречии нашего времени: «Прогресс все-таки для всех или только для избранных».
Название, как, думаю, заметили многие, перефразирует титул известного двухтомника американца Ральфа Питерса «Война 2020 года». Он писал ее в 1980-х. С тех пор многое на мировой арене изменилось. Например, исчез Советский Союз. А сам Питерс, между прочим, стал одним из советников президента США.
В романах описана ситуация, когда нефть на планете все-таки кончилась. Точнее, остались крохи. Поскольку реальной альтернативы ископаемому топливу в моем сценарии все еще не существует, то гегемон решается на кое-какие опасные действия. Начинается нешуточный многогранный конфликт.
А почему конфликты «будущего близкого прицела» вам стали интереснее, чем, например, военные столкновения каких-нибудь «чужих» с человечеством грядущего миллионолетия?
Все просто. Помните начало «Трех мушкетеров», когда д’Артаньяну назначают подряд несколько дуэлей с мушкетерами? И он сообщает Портосу, что для него «шансы на дуэль чрезвычайно мизерны»? Так же и здесь. Если мы не выйдем целехонькими из катастрофических тенденций сегодняшнего уровня, не убережем прогресс и саму тягу к нему, то о каких далеких галактиках и путешествиях в подпространство может идти речь?
Хорошо, а почему тот жанр литературы, в котором вы работаете, называют «философский научно-фантастический технотриллер»?
Да потому, что всяких разных механизмов, винтиков и колесиков там напихано немеряно. В принципе, я и писать-то начал отчасти потому, что в попадающейся на глаза фантастике чего-то «эдакого» мне не хватало. Понимаете, Лем в наличии имеется всего один, а все его романы я давным-давно прочел и перечел. К тому же не о войнах вообще-то Лем и писал. А мне, как офицеру-ракетчику, жаждалось чего-то такого, чтоб в душе «технаря» отзвук был.
«Малой кровью, могучим ударом...».
Кто, по-вашему, основной читатель ваших романов?
Тут сложно. Вроде как должны бы быть военные — но, оказывается, далеко не всегда. Что уж точно, так это не женщины. Видимо, построение текста у меня все-таки рассчитано, прежде всего, на мужской ум. По возрастной категории исключены маленькие дети, ведь для понимания описываемых процессов нужна некая база знаний. Остальные по идее подходят, но это «по идее». А в реале беседовал как-то с настоящим конструктором космической техники, причем в весьма зрелом возрасте. Он читал все мои книги, и не нравится ему только «Лунный вариант». Видите ли, говорит, я кое-что из описанного разрабатывал, и потому сразу режут взгляд даже мелкие ляпы. А еще как-то я получил письмо из Новой Зеландии от одного бывшего военного моряка. Извинялся, что скачал все мои романы в пиратских библиотеках. Но ему прощается. Понимаю, что в таких далях мои книги не продаются.
Стандартный заключительный вопрос — каковы ваши творческие планы и что нам ждать в совсем уж ближнем будущем?
Буквально перед фестивалем фантастики в Харькове я сдал новое творение в московское издательство «Яуза». Обещают выпустить чуть ли не в ноябре. Это первая книга большого романа под названием «Ятаган». О чем — покуда умолчу. Будет сюрприз для моих поклонников.
На ниве отечественной научной фантастики грамотно написанных технотриллеров действительно негусто. Пожелаем Федору Березину дальнейших успехов — ведь его книги весьма удачно заполняют образовавшиеся лакуны.
Досье: Федор Березин
Федор Дмитриевич Березин родился 7 февраля 1960 года в Донецке, где проживает и сейчас. По образованию военный. Служил офицером-ракетчиком сначала в Казахстане, затем на Дальнем Востоке. После распада СССР перебрал множество профессий самого разного профиля. Был и предпринимателем, и шахтером. С началом нового века стал профессиональным писателем. К настоящему времени Березин написал двенадцать романов, несколько повестей и рассказов. Лауреат пяти жанровых премий МФФ «Звездный мост».